Интернет-журнал

Это мой дом: коммуна, которой не было

Мария Асланиди, Лора Никитина, Марина Туманова, 3 Апреля 2017

История необычного жилого дома по адресу Ермака, 5.

Кемерово – город ещё совсем юный. Его никогда не посещали ни Достоевский, ни Николай II, нет в нём древних храмов и каменных крепостей. Да, это не Петербург, не Москва – жители такого молодого индустриального города не всегда могут ощутить себя частью "большого времени", почувствовать дыхание веков в собственном дворике. Мы живём словно в своей маленькой истории, будто выпав из общего потока и наблюдая за ним со стороны.

Однако мы не всегда справедливы к этим знакомым, на сто раз исхоженным и до мельчайших деталей изученным улицам. Стоит остановиться, приглядеться получше – и былые времена заговорят с нами со стен соседнего дома, станут частью нашей частной жизни, нашей ежедневной суеты. Это не Москва и не Петербург – но в сибирской глубинке есть своя особенная и неповторимая история, частью которой мы все являемся.

Есть такие дома, которые помнят надежды довоенных лет. Есть те, которые возводились руками немецких военнопленных. Есть те, что были задуманы Никитой Хрущёвым как временное жилье для советских граждан, да так и остались стоять – сотни и тысячи их, целые улицы. Есть типовые многоэтажки, которые поднялись стройными рядами и образовали целые спальные микрорайоны – их стены иногда красили в яркие цвета, которым, конечно, суждено было потускнеть. Есть дома, построенные в самые скудные постперестроечные годы – из последних сил, на самые скромные средства, и эта их опрятная бедность до сих пор бросается в глаза. Есть здания, всем своим видом как будто исполняющие реквием по опьяняющей и безумной свободе девяностых. Есть дома, первыми удостоенные звания "элиток". Есть те, которые построены по самым современным технологиям.

Каждое из этих зданий помнит разные времена. И о каждом из этих зданий кто-то с любовью говорит: это мой дом.

Собранные все вместе, эти дома и есть наш город. Город Кемерово.

Сегодня мы расскажем вам о неприметной четырехэтажке по адресу ул. Ермака, 5, которую с разных сторон скрывают от любопытных глаз Театр для детей и молодежи, огромный корпус №2 областной администрации и красивый жилой дом с аркой. Этот дом стоял здесь, когда не было еще в помине ни сквера с "Орбитой", ни прекрасной застройки Арочной, Орджоникидзе и Пушкина, ни площади Советов, ни уж тем более прибрежных высоток улицы Красной и роскошной "Каравеллы". Зато было вот что…

В двадцатых – начале тридцатых была очень популярна пролетарская идея обобществления быта советского человека. Что-то вроде жизни в современных хостелах. Минимум индивидуальной жилплощади – несколько квадратных метров, чтобы разместить койку и тумбочку, остальное – общественное. Ведь вполне реально умываться в общей ванной, завтракать, обедать и ужинать в общей столовой, досуг проводить в общей гостиной, библиотеке или кинозале, одежду отдавать в стирку в прачечную, а всё время посвящать труду на заводах и фабриках. И никаких забот о готовке, уборке, обустройстве дома. Звучит утопично, но в то время дома-коммуны начали строиться по всей стране. В 1928-м году вышло даже "Типовое положение о доме-коммуне". Самыми известными памятниками эпохи коллективизма стали такие конструктивистские постройки, как дом-коммуна архитектора Николаева и Дом Наркомфина в Москве, Дом-коммуна инженеров и писателей, Дом политкаторжан, Бабуринский, Батенинский и Кондратьевский жилмассивы в Ленинграде.

Позже идея жизни в домах-коммунах подверглась критике на самом высоком уровне. Но в немного смягченном виде она нашла новое выражение – в концепции так называемых жилкомбинатов, которые появились во многих городах России. Был даже такой момент, когда Кемерово собирались полностью застроить одинаковыми жилкомбинатами. Именно это предлагал сделать известнейший немецкий архитектор Эрнест Май, который был приглашен в СССР и участвовал в планировании и застройке более 20 советских городов (причем больше всего домов Мая сохранилось в Новокузнецке – знаменитый Соцгород). В итоге Кемерово получил только один готовый жилкомбинат – на Притомском участке.

На четыре жилых дома (два сорокаквартирных и два семидесятиквартирных), объединенные в архитектурный ансамбль, – одна столовая, прачечная и культурно-досуговый центр. На каждые три квартиры в домах – один санузел и одна ванная комната. Жилкомбинат строился для работников первой кемеровской теплоцентрали – отсюда и укрепившееся название "Дома ТЭЦ". Четыре дома сейчас имеют адреса ул. Ермака, 2 и 5, ул. Арочная, 39 и 41. В здание центра досуга достаточно быстро переехал уже существовавший ранее клуб коксохимического завода, а после реконструкции в 2005 году там открылся Театр для детей и молодежи. Столовая (тогда её называли пищекомбинатом) использовалась по назначению совсем недолго, потому что люди всё-таки предпочитали готовить и принимать пищу у себя в квартирах. Так что в здании эпохи коллективизма очень быстро открылся знаменитый на протяжении последующих долгих лет ресторан "Сибирь", о котором мы уже рассказывали в одном из наших лонгридов. Прачечная жилкомбината функционировала длительное время, но до наших дней её здание не сохранилось.

…Каменных домов в Кемерове на тот момент было раз-два и обчёлся. Возьмём 1935-м год, когда жилкомбинат уже был введён в строй и в квартиры уже въехали новоселы. Тогда Притомский участок осваивался активнее прочих: в 1933-м году на набережной появилось первое здание гостиницы "Томь" (сейчас в нём располагается Комитет по управлению госимуществом), в 1935-м был построен красивый и знаменитый дом ИТР по адресу Притомская Набережная, 11. А далее – сплошь частный сектор, да изредка двух-трёхэтажные бараки (как, например, тот, что снесли в 2006-м году, чтобы освободить место для ЖК "Томский причал" – подробнее о нём читайте здесь, или многострадальный дом из чёрного дерева, который разобрали в 2014-м – о нём мы тоже уже писали). И только в другом конце набережной с 1934-го уже возвышалось здание городской больницы (старый корпус ГКБ №3). На нынешней Весенней с 1931-го вовсю работало такое нужное людям в те годы учреждение, как общественная баня, на сегодняшней улице Кирова уже в 1928-м году была построена первая очередь здания Госбанка, неподалеку от него уже соорудили в 1932-м первое здание цирка (подробнее о его судьбе можно почитать здесь). Ещё дальше находился Дворец Труда, построенный в 1927-м году по проекту известнейшего сибирского архитектора Крячкова, здание химического техникума (с 1934-го) и три каменных жилых дома кооператива "Искра", построенные в 1929-м, и первый квартал Соцгорода (с начала 30-х). Всё-таки в те годы основные силы были брошены на укрепление промышленной мощи – в первую очередь возводились заводы и фабрики, страна переживала индустриальный бум. 

Так что получить жильё в четырехэтажках ТЭЦ по тем временам считалась очень престижным. Хотя первоначально отопление в них было печным, сравнительно быстро дома получили центральное отопление, горячую воду и канализацию. А нестандартная планировка и тенденции к обобществлению быта тогда никого не смущали…

Сейчас один из домов жилкомбината – по адресу Арочная, 41 полностью отдан под офисные помещения, в нём располагаются рекламные агентства, прочие мелкие конторы и уютный ресторан "Neстраус". Остальные три дома остаются жилыми. Все четыре здания в 2007-м году были признаны объектами культурного наследия регионального значения.

В доме по адресу Арочная, 39 в 2016-м году сделали капитальный ремонт. Остальные дома понемногу ветшают.

И мы решили рассказать подробнее об одном из таких. Дом по адресу Ермака, 5 – пожалуй, самый неприметный и скрытый от посторонних глаз дом квартала ТЭЦ. Даже попасть в него сейчас можно только одним-единственным путем, пройдя через арку пристроенного позже (только в 1956-м году) дома по адресу Арочная, 33. Один из самых потаённых двориков старого центра – даже не каждый заядлый любитель городских прогулок здесь бывал. Сказывается то, что в соседнем дворике старого жилкомбината установлен памятник советскому рабочему – и те, кто интересуется историей, стремится на него взглянуть. А двор, о котором идет речь…Он просто очень уютный. И благодаря своей замкнутости, он как будто лучше сохранил тепло сердец людей, которые дружно жили здесь в прежние годы и многое в своей жизни делали сообща.

А как сегодня здесь живут люди? Что помнят, что любят и с какими проблемами сталкиваются? Как относятся к доставшемуся им в пользование историческому наследию? А к тому, что им в 2017-м году приходится пользоваться общим туалетом и ванной? Слово самим жильцам дома ТЭЦ.

С квартирой на Ермака связаны приятные воспоминания, пару отличных лет мы здесь с девушкой прожили. И это было одно из лучших жилищ, которые мы когда-либо снимали в городе. Дом непростой и первое время всё в нем было странно и непривычно. В том числе, общие удобства на этаже. Мы стеснялись, старались пореже мыться или ходили ночью, когда все спят. Долго не въезжали, как все организовано в плане уборки, из-за чего даже какое-то время с соседями ругались. Потом нам рассказали о местном укладе, и мы влились. Стали всё убирать по графику, подружились с соседкой, стали чувствовать себя своими. Неудобства, конечно, были, куда без них. Например, когда дома уборку делаешь, бегаешь туда-сюда с ведрами. Но это дело привычки. Пожили бы дольше – и совсем свыклись бы.

Вообще, само здание немного странное. Мы, например, жили на последнем этаже, но постоянно казалось, что наверху тоже кто-то есть – то какие-то собаки лают, то, как будто дети бегают. Звук очень необычно распространялся в нём, а ещё лампочки часто перегорали. 

Дом, конечно, возрастной (все-таки больше 80 лет стоит), коммуникации все нужно менять, пол, стены – ремонт нужен капитальный. Нас это нисколько не смущало, а даже наоборот. Мне нравилось, что у квартиры есть свой колорит. Удобства на этаже – тоже часть этого колорита. Плюс это центр города, и в доме с историей жила когда-то вся местная интеллигенция. Наша соседка постоянно кучу историй рассказывала про светлые советские годы. Прямо почувствовали себя частью особого общества, какой-то культуры.

Мы люди гостеприимные, так что в этой квартире часто бывали и наши друзья. И все по-разному реагировали на дом. Большинство, конечно, начинали рассуждать, как можно было бы сделать перепланировку, как на месте кухни сделать ванную, во сколько это обойдется… Но были и те, кто просто в восторг приходил от антуража, говорили: "Как в Питере". Я в северной столице не был, но примерно так её и представляю всегда – старые дома, коммуналки, все вокруг культурные и друг с другом знакомы. Из окна вид на театр, реку и уютный сквер… 

После двух лет жизни в старом доме, мы даже подумывали взять квартиру в ипотеку. Но со старым жильём есть нюансы непростые, и нам это было дороговато. Так что купили пока КГТ. А про квартиру на Ермака периодически вспоминаем, это была особенная квартира, со своей душой.

В доме этом живу уже добрых 70 лет. А вообще, отец с матерью сюда в 1945-м заселились. Люблю это место, и никогда даже в мыслях не было переезжать куда-то. И планировка мне его нисколько не претит, и общие уборные. Для нашего поколения уборная в квартира – это вообще нонсенс. Этим мне хрущёвки не нравятся: вот тут кухня – и тут же рядом туалет. Люди кушают, а рядом кто-то оправляется. Это же кошмар! Да, дом старый, но иные здания и по 500 лет живут, и время их не трогает… Наш тоже долгожитель, с историей дом. А какие люди в нем жили!.. 

Рядом с нами, в соседней квартире, на подселении жила настоящая польская графиня. Мужа-графа, расстреляли, а её сослали в Сибирь, в Кемерово. Это была маленькая хрупкая женщина лет семидесяти, всегда очень изящно, изысканно одетая. С собой из Польши графиня привезла маленькие железные коробочки из-под монпансье. В них она хранила мелко натертые и высушенные, настоящие французские пармезан и сыр с голубой плесенью. Использовала их как приправы, добавляла в разные блюда. 

А ещё у нас был рояль, и графиня иногда приходила и играла Шопена, Шуберта, Баха… И часто делилась историями, как-то разоткровенничалась: "У меня был белый рояль. И пришла эта "красная сволочь", и топтала своими грязными сапожищами мой белый рояль". Рассказывала, как в Австрии танцевала с кайзером. Много было историй… А потом она уехала к родственникам в Донецк.

Отец в доме, в кладовой одно время держал кроликов. В 1960-х в этих помещениях нам ванные комнаты оборудовали. Так вот в 1970-е у нас в ванной был… бар! То есть мы ставили туда маленький столик, и весь университетский бомонд, все культурные и учёные светила кемеровские в нём собирались. Пили вино или кофе, курили и часами болтали. Водку тогда не пили, водка считалась моветоном, зато могли за бокалом шампанского весь вечер провести… Вот такие были хорошие времена.

За состоянием ванной я и сегодня как положено слежу. Штукатурка облетит – привожу всё в порядок, красиво обклеиваю клеенкой, прибираю. Меня частенько внучка проведывает, приезжает в гости из Москвы, а она у меня такая барышня!..

Это очень тёплый, уютный, а когда-то и очень дружный дом. В советские годы здесь жила только городская интеллигенция. Мой дедушка был главным архитектором Коксохима, бабушка работала в администрации. Сейчас многие жильцы поменялись, переехали в более комфортные квартиры. А я никуда не хочу уезжать, всё-таки 60 лет жизни здесь прошли, детство, юность…

С соседями в прежнее время мы очень дружно жили. Ключ от квартиры держали под ковриком у двери. Идешь гулять, оставляешь маме записку: "Мама, ключ под дверью", потому что все свои в доме, почти родня.

Семьи тогда большие были, по шесть-семь человек в квартире ютилось. Все многодетные – не менее трёх ребятишек. А всё равно хорошо жили! В подъезде был свой график уборки: сколько человек в семье – столько недель подряд убираешь туалет и ванную. Всё было справедливо, никто не обижался, и конфликтов не было. Мы детворой играли прямо в подъезде, росли под неустанным надзором родных стен – это был такой кайф! Соседка-учительница на добровольных основах летом организовывала детский лагерь. Мы ставили спектакли, концерты проводили. Рано утром под звуки горна всем детским табором выбегали во двор... А какой он у нас был уютный… 

Стоял длинный стол, мужчины после работы играли за ним в домино. Рядом был большой деревянный корабль, домики, лавочки, возле каждого подъезда – колонны с цветниками-чашами, а в них всё лето благоухал табак и шафраны. На месте "Орбиты" росла высоченная трава…

Сейчас всё, конечно, по-другому. Со старожилами по-прежнему дружим, здороваемся, и ностальгируем иной раз по прежним добрым временам… 

Почти ровесница я этому дому. Живу здесь с 1939-го (а дом сдали в 1934-м – прим. ред.). Это крепкий, добротный дом. Дело в том, что строили его не из обычного кирпича (его тяжело тогда было достать, да и дорогой он был), а из дикого серого камня. Рабочие недавно окна меняли, и не смогли рамы выбить – вот такой он крепкий. Потом удивлялись, что это за серый кирпич такой и откуда… Когда строили, каменную выработку сюда специально везли из шахты.

Квартиры отапливали в первое время печами, и у каждой семьи во дворе была своя маленькая углярочка. А где клумба сейчас – отхожее место для мусора у нас было. Во дворе стоял пионер и портрет Ленина висел. На месте "Орбиты", помню, стояли частные дома – маленькие деревянные избушки, вросшие в землю по окна, с огородиками, а вместо асфальта были деревянные тротуарные дорожки.... Время шло, примерно на этом же пятачке потом сделали трамвайное кольцо. 

Ну, а современные жильцы всё-таки смотрят на дом с более прозаичной стороны, с точки зрения комфорта.

В этом доме я живу с рождения, уже 33 года. Место хорошее, красивое, в центре – но, увы, это для нас единственные плюсы, ибо коммунальные моменты здесь оставляют желать лучшего. И если бы не проблемы с коммунальными услугами, я бы гордилась, что живу в таком месте и в таком доме.

Мы живем на первом этаже. Полы в ванной и в подъезде у нас деревянные. Когда меняли трубы в ванной, пол частично заменили бетонным, а теперь этот бетонный пол под весом ванны проседает, и вот-вот упадет. Проблемы с проводкой, с канализацией, водопроводом. Менять здесь нужно абсолютно всё!

Хотели все удобства сделать в квартире, но, во-первых, у нас и так маленькое помещение, а после перепланировки станет ещё меньше места. Во-вторых, квартира находится слишком низко. Специалисты смотрели и сказали, что слив нужно спускать ещё ниже, а ниже уже некуда. Ну и, все сливы делают, естественно, через первый этаж. Трубы капают, а виноваты как будто мы, хотя никакого отношения к ним не имеем. Мы неоднократно вызывали слесарей, сантехников, электриков, но это всё одноразовая помощь. Необходим капитальный ремонт, а силами жильцов его не провести. 

Есть счастливчики, которые сделали удачные перепланировки – однушки из двушек, но зато со своим туалетом. У кого-то даже получилась полноценная двухкомнатная квартира, но таких в доме единицы…

Какой будет дальнейшая история необычного дома – покажут ближайшие годы. Согласно региональной программе капитального ремонта многоквартирных домов, капремонт на Ермака, 5 запланирован на 2025-й год. К сожалению, нам так и не удалось разыскать старшего по дому, поэтому мы не знаем, будет ли кто-то выступать с инициативой ускорить процесс.

Будем верить, что крепкий дом с богатой историей достоит, дождётся своего часа.

Фото: Максим Федичкин