Интернет-журнал

Тренер айкидо Валерия Косорукова: женщина, дети и боевое искусство

Ксения Храмцова, 17 Марта 2017

Она работала в банке и о спорте знала только понаслышке. И если бы ей кто-то тогда сказал, что она станет мастером айкидо, освоит сложные боевые техники и побывает на семинарах у известных мастеров Европы и России, она бы просто рассмеялась. Но это интервью о том, куда и до каких высот может довести человека поиск самого себя и дела своей жизни. И сегодня Валерия Косорукова является одним из пяти человек в Кузбассе, имеющих 2-й дан айкидо Айкикай (все остальные, естественно, мужчины) и руководит уникальной даже в масштабах России детской школой восточных единоборств.

– Валерия, расскажи, как получилось, что ты решила связать свою жизнь с айкидо?

– Я на самом деле никогда не думала, что моя жизнь будет связана со спортом. Всегда считала себя человеком умственного труда. Работала в банке ведущим специалистом отдела рекламы. Но в один прекрасный момент я ощутила, что лимит моей мозговой активности исчерпан. Я как раз тогда пошла на Российско-голландские курсы маркетинга повышать свою квалификацию и вдруг поняла, что просто не могу остановить свой мозг: я постоянно думаю, что-то рассчитываю, меня не покидают мысли о работе, ещё чуть-чуть – и шестерёнки заклинят и голова взорвется. В этот период одна из моих подруг увлеклась спортом: стала ходить в тренажёрный зал, и я напросилась вместе с ней. Тогда открылась совершенно новая глава моей жизни! Я стала ходить в тренажёрку вместе с ней, потом ещё и дополнительный раз в неделю. Для друзей это стало шоком. А я наслаждалась моментами, когда выходишь из зала, тело болит, и ты ни о чем не хочешь думать. Мысли только о том, как не споткнуться, потому что у тебя коленки дрожат, но голова при этом совершенно свободна. И такое вдохновение… Год я потратила на тренажёры, продолжая при этом работать в банке. Потом мне захотелось не только физического, но и духовного развития. И я подалась в йогу. Она до сих пор остается для меня очень близким направлением, я тоже нырнула туда с головой. Ездила на всевозможные семинары, думала даже связать с этим свою жизнь. Но в йоге есть такая особенность: там несомненно существует личностный рост, но этапы этого роста никак не структурированы. Я стала искать такое направление, где будет школа, прочерченный путь достижений, ступеньки твоего развития, чтобы осознавать, что ты всё время движешься вперед. Тогда моя мама увлекалась тай цзы цюань (древнее китайское учение о жизни в гармонии с природой, в которое входят системы медитации, координации, оздоровления, самозащиты и развития сознания, – прим. ред.), и я подумала направить своё внимание на сферу восточных единоборств.

Мы с моей подругой Лорой Никитиной начали заниматься айкидо. О нём мы узнали от знакомого, он отметил, что нам, хрупким девушкам , в других боевых искусствах будет совсем сложно себя найти, а здесь, может, и вольемся. Мы стали посещать занятия, но я тогда не думала, что свяжу свою жизнь с этим направлением, и что оно меня настолько захватит. Мне даже было удивительно, как мастера могут заниматься 25-30 лет, это же скучно! Потом я, конечно, нашла для себя ответ на этот вопрос. И он оказался одним из самых важных.

На мою вовлеченность очень сильно повлияло участие в семинарах и знакомство с людьми, мастерами из разных городов. Здесь, на мой взгляд, важно было попасть в волну, в некий поток: тебя поддержали родители, друзья, с кем-то ты нашёл общие интересы, встретил нужного человека, и он стал для тебя примером. И тебя вот в этом потоке несёт, подхватывает течение, и ты плывёшь вместе с ним. Тогда я попала в такой поток. Потому что меня всё это очень заворожило. Люди, их особенности общения.

Мы пришли в кемеровское отделение клуба айкидо "Гакумон додзё". Его руководитель Олег Мезенцев (обладатель 3 дана) и мастер-преподаватель Геннадий Крысюк (на тот момент обладатель 2-го, а сейчас уже 3-го дана) почти 20 лет ведут занятия по айкидо в Кемерове. В Москве этим клубом руководит Михаил Сафронов (5 дан). Олег Мезенцев и Геннадий Крысюк – его ученики и последователи.

– Айкидо, также как другие виды восточных единоборств, делится на разные стили? Какой стиль изучаешь и преподаешь ты?

– Есть различные направления: айкидо-томики, ки-айкидо, йошинкан-айкидо. Наш стиль айкидо-айкикай. Это классическое направление. Оно считается ближе всего к тому, что изначально давал О-Сэнсей (японец Морихэй Уэсиба – основатель айкидо, – прим. ред.). Различия есть в манере преподавания, в стилистике, в технике.

– Ты сказала о том, что многие люди, с которыми тебе пришлось сталкиваться, занимаясь айкидо, повлияли на твой жизненный путь. Как ты встретила этих людей?

– На семинарах. На первый из них я попала через месяц после начала занятий. Я получила истинное удовольствие, хотя в первое время я вообще ничего там не могла понять. Я попала в компанию замечательных людей, которые меня поддерживали, успокаивали, объясняли. И для меня семинары стали очень важной частью моей практики и развития и хорошей мотивацией. Ты встречаешься с людьми, которые видят тебя три раза в год, и твои движения не замылены для их взгляда. Они видят то, на что ты никогда не обращал внимание, дают советы, комментарии. Мне, например, говорили: держи выше голову, избавляйся от ломаного ритма в технике. Я стала обращать внимание на эти вещи. Потом сбылась моя мечта: я поехала на семинар нашего шихана (руководителя направления, – прим. ред.). Это учитель учителей моих учителей (улыбается) француз Кристиан Тиссье (8 дан). Конечно, когда в первый раз приезжаешь на такие мероприятия, действительно мало что понимаешь. Он вроде спрашивает: "Вы поняли?" А ты киваешь головой и думаешь: "Что вообще происходит?" Меня поразило то, какой это человек, покорил его педагогический подход. Возможность поработать с такими мастерами, как Кристиан Тиссье или Михаил Сафронов многого стоит. Во время семинара они дают не только технические моменты, но и философские, воспитательные. Там я получила ответ на беспокоивший меня вопрос, как мастерам удаётся заниматься одним и тем же так долго. Михаил Сафронов ответил на него так: "Если вы ставите цель – получить чёрный пояс, то вы его получите и пропадёте. С каждой ступенью вероятность того, что вы будете продолжать этим заниматься, уменьшается. После 4 дана она становится минимальной… Поэтому, если вы сами не будете находить для себя смысл в этих занятиях, вы сразу же потеряете интерес". После получения чёрного пояса у меня появился другой смысл – в преподавании.

– Расскажи о динамике повышения своей квалификации. Сейчас у тебя 2 дан. Это большой успех для хрупкой, в общем-то, девушки.

– Считается в теории, что для того, чтобы дойти с 5 кю до чёрного пояса нужно 5 лет регулярных тренировок. Это средний срок. Быстрее не получится, потому что там есть определенные правила. У кого-то это длится дольше, ведь у каждого свой путь. Я начала достаточно шустро: на 5 и 4 кю мы сдали примерно за 1 год. Существует правило, чтобы между аттестациями прошло не менее одного года для того, чтобы наработалась техника, моторика. Потом я сдавала раз в год, в принципе, как все. Михаил Ильич раз в год в феврале приезжает к нам на семинар, и мы ему сдаем квалификацию. Через год после 1 кю я сдала на 1 дан, конечно, не без помощи моих учителей и старших собратьев, которые всегда ставят для тебя очень высокую планку. В ловушку айкидо попадают перфекционисты. Ты всегда будешь стремиться к идеалу и никогда не будешь его достигать. Потому что всегда есть куда расти. Будешь думать, что ты уже чего-то достиг, а съездишь на семинар к Кристиану Тиссье и поймешь, что некоторые вещи, которые он делает, тебе неподвластны. И ты думаешь: "Так, будем теперь копать в этом направлении" (смеётся). В феврале этого года приняли мою аттестацию на 2 дан. Я, честно сказать, не планировала.

– Не планировала?

– Здесь дело в требованиях к самой себе. Конечно, хочется показать наилучший результат. Но исходя из этого, я бы никогда не была готова к аттестации. Всегда бы хотелось делать технику ещё чуточку лучше. Нашим учителям, с высоты их опыта и понимания техники виднее, готов ты или нет. Именно поэтому в айкидо, как и в других восточных боевых искусствах, решение о прохождении квалификационных испытаний остаётся за вашими учителями. Раз тебя учитель выставил на аттестацию, значит, ты готов. Так произошло и со мной.

Сейчас я больше ушла в преподавание, соответственно, уменьшился объём собственной практики. Иногда время моих тренировок и занятий у детей совпадает, приходится выбирать в пользу учеников. Сейчас у меня появилась ещё и взрослая группа. Это вообще новый опыт: я свою технику начала анализировать через преподавание. Это можно сравнить с тем, как ребёнок идет в школу, а его родители проходят путь обучения вместе с ним заново. Преподавая взрослым, я словно начала обучаться сама с самого начала.

– Как началась история детской школы айкидо в нашем городе?

– То, что я занялась преподаванием – это, можно сказать, провидение даже какое-то, судьбоносное стечение обстоятельств. Был такой период в моей жизни, когда я уволилась из банка, почувствовав, что я себя немножко там исчерпала. Может, сомнения и неоправданные ожидания сказались. Через какое-то время после получения специальности и трудоустройства часто возникает разочарование: ты мечтал, что это будет происходить так, а происходит совсем по-другому. И я начала искать себя. Нам предложили вести тренировки для детей. До этого как-то не клеилось детское направление в нашем городе. И мы решили попробовать. Я тогда подумала, что если не решусь на это, то буду жалеть всю жизнь. Началась работа, в том числе и над самой собой, над своим личностным развитием.

– Какая квалификация у тебя была, когда ты начала преподавать?

-У меня был третий кю – это такая серединка, промежуточный уровень. Безусловно, в тот момент я была не уверена ни в своей технике, ни в том, что я вообще способна преподавать. Я думала, как же так, у меня всего лишь третий кю, нет чёрного пояса, нет статуса. Тогда для меня эти атрибуты были очень важны. Потому что приходят родители, смотрят на тебя, и думают, а можно ли ей вообще доверить своего ребёнка? Сейчас я спокойнее к этому отношусь. С опытом понимаешь, что это не главное. А сейчас уже мальчик, который пришёл в школу одним из первых, готовится сдавать выпускное испытание. И тогда ты это осознаёшь и понимаешь – вот он, ребенок, который при тебе впервые зашёл на татами… И мы прошли этот путь вместе. Мне тоже пришлось учиться на факультете физической культуры и спорта в КемГУ.

Потом учеников становилось всё больше. Позже, в процессе преподавания я обратила внимание на то, что с каждым годом становилась всё жестче. Я даже подумала, неужели я буду, как учительница-злыдня, которая указкой долбит по рукам (смеётся). Сначала я считала, что детям нужна любовь. Первый год прошёл под этим лозунгом. Из-за чего, на мой взгляд, ученики сели мне на шею. Потом через какое-то время я устала и поняла, что здесь нужен благоговейный ужас (смеётся). Им нужна не только любовь, но и дисциплина. Однажды Брюс Ли сказал: "Дисциплина – это не ограничение свободы. Это отсечение всего лишнего". Именно эту мысль я и пытаюсь донести до детей. При этом дисциплина должна основываться не на подавлении, а на уважении. Вспомнила Михаила Ильича Сафронова, который для меня стал примером педагога. Ни разу в жизни он не позволил себе уничижительного слова или оскорбления, даже повысить голос, всегда относится к ученикам по-доброму, но когда он заходит в зал, все стоят по стойке смирно. При этом к нему всегда можно подойти, задать вопрос. Так же, как и к Кристиану Тиссье. Но всё равно они на каком-то высоком пьедестале, до которого тебе ещё расти и расти.

Я стала работать над собой как над педагогом. Потому что тренер – это не только тот, кто говорит, как выполнять приём. Это ещё и человек, который даёт воспитание, философию. В айкидо уникальная философия, которая применима не только на татами, но и в жизни. Конечно же, имея примеры для подражания, я стараюсь в этом русле и идти, взращивать в себе определенные качества.

– Сколько сейчас у тебя занимается детей?

– Сейчас порядка 180-200 учеников. В этом году сформировалась группа трёх – и четырёхлеток. Появился человек с профессиональным образованием, который проявил желание заниматься с малышами. Она получает удовольствие от воспитания этих детей, и уже есть определённые результаты, которыми можно похвастаться. Есть группа детей 5-6 лет. Ребята начинают свою квалификацию с 11-12 кю. В этом году будут сдавать на желтые пояса – 10 кю. Дети 7-14 лет – это основная когорта. Трое из них уже сдали на 5 кю, одна девочка 14 лет сдала на 4 кю. Получаешь удовольствие, наблюдая за тем, как они растут, совершенствуются. В этом году будет первый выпуск детей, которые прошли все ступени от 10 до 6 кю, они готовятся сдавать выпускное испытание. У них уже есть большой технический багаж, отлично наработана моторика, сформирована хорошая база для дальнейшей работы. Сейчас очень важно дать им мотивацию, чтобы они продолжили заниматься дальше и пошли уже по взрослым ученическим степеням.

Я тщательно наблюдаю за развитием детского айкидо в других городах: Барнаул, Новосибирск, Санкт-Петербург, Ярославль, Самара, Москва – там очень хорошо развито это направление. И, конечно же, многие идеи я беру у своих коллег. У них есть чувство семейственности: они вместе ходят в походы, у них много мастеров, которые давно работают в структуре. Я перенимаю этот опыт.

– Проводятся ли в айкидо соревнования?

– Соревнования в айкидо не предусмотрены. Существует официальная позиция японского айкикая о том, что в айкидо нет и не может быть состязаний и соревнований. О-Сэнсей вкладывал в айкидо философию пути саморазвития и гармонии. Что, конечно же, включается в себя работу над собственным эго. Соревнования подпитывают наше эго. Поэтому состязания противоречат духу и философии айкидо. Здесь существует также техническая сложность проведения соревнований. В технике есть такой момент: если партнёр делает технику правильно, то возникает некая точка невозврата во времени и пространстве, когда партнер, к которому применяют технику, принимает решение выполнить страховку либо он тормозит и замирает в этой точке. И ему могут сломать руку. Ведь когда проводятся соревнования, никто не хочет проигрывать. Из-за этого очень высокая травмоопасность. А мы очень большое внимание уделяем безопасности.

– А как на улице может помочь айкидо? (Фотограф Макс Федичкин традиционно вступает в разговор).

– Здесь очень важен вопрос психологической готовности человека к реальной атаке и к реальному нападению в конкретный момент времени. С опытом понимаешь, что 100% гарантии никакое боевое искусство дать не может, но когда я занимаюсь, я стараюсь увеличить вероятность того, что моё тело, моё сознание в нужный момент сработает правильно.

Приведу пример: на последнем семинаре мы работали с оружием. Меня это направление сейчас особенно интересует. Мастер открыто и прямо нам говорил: поймите, что это упражнение. В реальной ситуации при нападении с ножом большая часть жертв оружия не видит вообще. На этом семинаре я попала в пару с Людмилой Репиной (4 дан) из Москвы. И вот простой удар ножом, а бьёт она очень хорошо – и я понимаю, что я чуть-чуть не успеваю. В этот момент ощущается страх, ты пытаешься отклоняться корпусом. Она говорит: "Смирись с тем, что ты сейчас умрешь. Когда ты примешь эту мысль, то ты не будешь бояться, тебе будет проще, и всё получится". И это действительно так, нужна определённая работа сознания, хочешь ты этого или нет.

– Как отразилась на твоей жизни философия айкидо?

– В айкидо мы учимся расслабляться и чувствовать. Когда человек в стрессе, в напряжении, у него психика полностью зажимает сознание и тело. И мы теряем чувствительность к меняющейся ситуации, к тому, что происходит вокруг, и вследствие этого теряем контроль. Зацикливаясь на напряжении, мы теряем мобильность, время, энергию. Я стараюсь в жизни, если что-то случилось, выдыхать и расслабляться, чтобы не терять эту чувствительность к миру.

Ещё один момент – это отказ от собственного эго. С этим очень много приходится работать. На первых этапах ты много думаешь о своём теле: куда ноги шагают, что руки делают. Достигнув определенного уровня, ты начинаешь думать уже над тем, что происходит с партнёром: вплоть до того, на какой ноге он стоит, напряжено ли его плечо, как он дышит, он вообще в процессе? Поэтому и в жизни ты больше внимания начинаешь уделять тем людям, которые тебя окружают.

Важный момент – умение бороться со своими страхами. Например, в работе с оружием – боккенами (деревянные мечи, – прим. ред.) – очень много моментов, связанных со страхами: страх причинить боль другому человеку. Ты должен понимать, что ты можешь сделать больно, а значит нужно быть внимательнее к жизни другого человека. Но также понимать и то, что тебе могут причинить вред. Надо быть либо готовым к этому, либо принимать какие-то меры.

Меня очень поразила фраза Кристина Тиссье на семинаре в прошлом году: "Основная проблема в айкидо состоит в том, что мы до конца не верим в то, что мы делаем". Если посмотреть, насколько я верю в то, что делаю, не только в айкидо, но и в принципе по жизни? Кто долго занимается, у того техника уже уходит на второй план. Она живет просто в твоём теле. Ты переносишь философию айкидо на свою жизнь, на взаимоотношения с людьми, на свои реакции. Это применимо и в технике, и в жизни. Все эти моменты для меня представляют смысл моих занятий. И если закончится порох в пороховницах, я найду какой-то другой смысл в этом.

– Какие цели ты ставишь для себя на ближайшее время?

– Хотела бы побывать в Японии. По этикету мы очень сильно связаны с японской культурой. В этом году мечтаю провести конкурс демонстраций для детей, в котором оценивается работа в паре. Это для повышения технического мастерства и мотивации будет полезно. Очень важная для меня цель: передача информации, опыта, знаний и развитие тренеров школы. Хочу передать своих учеников другим тренерам, чтобы я могла посещать семинары, собирать информацию и привозить ее в Кемерово. Потому что далеко не у всех есть возможность ездить в Москву. Хочу развивать направления айкикен (упражнения с мечом, – прим. ред.). В других городах оно развито, мы работаем с оружием реже и меньше, но оно важно. Планов очень много на самом деле. Для меня сейчас айкидо – это большая часть моей жизни: моя работа, моё хобби. Сейчас всё моё внимание именно здесь.

Айкидо – современное популярное японское боевое искусство, созданное основателем Морихеем Уэсибой в XX веке. Он глубоко исследовал различные древние единоборства, чтобы объединить их в свою собственную систему. Главная цель айкидо – направить энергию атаки противника против него самого и отразить атаку таким образом, чтобы защитить от травм не только самого себя, но и того, кто тебя атакует. Отсюда ещё одно – неожиданное для боевого искусства – название: искусство мира.

Айкидо Айкикай – оригинальная школа айкидо, придерживающаяся канонов основателя.

В айкидо используется система градации достижений ученика по степеням: это ученические степени (кю) и мастерские (даны). После успешной сдачи экзамена на 1 дан разрешается носить черный пояс. Всего данов 10. Однако высшие степени с 8 по 10-й дан присуждаются только легендарным мастерам, внесшим огромный вклад в развитие айкидо. В России насчитывается не более десятка мастеров с 5 и 6 даном, в том числе 5-й дан имеет руководитель школы "Гакумон Додзе" Михаил Сафронов.

Фото: Максим Федичкин, личный архив Валерии Косоруковой