Интернет-журнал

Катерина и Максим Гачко: история о том, как маркетолог и архитектор стали фотографами

Юлия Даниленко, 4 Января 2016

Одни знакомятся с ними во время подготовки к свадьбе, другие приходят на необычные фотосессии, третьи знают их уже много лет, а я встретила Максима и Катю в одном из реалити-квестов, когда только начинала писать обзор. Познакомься с этими креативными ребятами и ты!

Родилась 3 июля 1987 года. Родители пытались привить ей любовь к фигурному катанию, танцам или хотя бы музыке. Но в старших классах Катя решила, что хочет рисовать и записалась в художественную школу. Мечтает о большом доме, где можно будет "открывать пинком дверь" и все домашние любимцы и дети своим многочисленным составом будут выскакивать играть во двор. Пересматривает "Вечное сияние чистого разума", "Босиком по мостовой" и "Мои черничные ночи".

Родился 19 августа 1982 года. Любит экстремальные виды спорта, начал заниматься брейк-дансом "на старость лет" и снова поймал волну вдохновения, когда Катя начала рисовать. Мечтает о доме в тихом месте, но недалеко от цивилизации. Любит пересматривать "Кин-дза-дза!", "Девчата" и "Шоу Трумана".

Сначала он просто держал отражатель!

– Привет!

Катя и Макс: Привет!

– Предлагаю начать сначала: какими вы были до того, как познакомились друг с другом?

Макс: Я родился, жил и учился в Новосибирске, по образованию я архитектор. Но по специальности не работал, меня утянуло в полиграфию, в дизайн, поэтому я работал в журналах. Потом мы хитрыми способами познакомились с Катей, и я переехал сюда.

Катя: Мо-ло-дец! (Смеётся). А я по образованию маркетолог. И тоже ни дня не работала по профессии. Изначально хотела пойти учиться на дизайнера, но родители сказали, что это не профессия, а вот экономический факультет – это хорошо. На экономе я выбрала максимально творческую специальность, отучилась. Хотя уже на старших курсах прекрасно понимала, что готова работать кем угодно, лишь бы не сидеть целый день в офисе.

Макс: Да, помню, как мы разговаривали об этом в свое время. Собственно поэтому мы решили купить фотоаппарат.

Катя: На самом деле, у меня уже была "мыльница" на тот момент, я пробовала фотографировать. Мне нравилось, я стала донимать Макса, и мы купили камеру.

– Но как же вы снимали вдвоем на один фотоаппарат? Или мыльница тоже шла в ход?

Макс: Сначала Катя снимала в паре с подругой.

Катя: Работать одной было попросту страшно. Во-первых, съемка той же свадьбы – это огромная ответственность. А во-вторых, на таких мероприятиях девочкам вообще немного не по себе среди слегка подвыпивших гостей. Да и вдвоем можно сделать больше интересных кадров и практически ничего не пропустить.

Макс: Плюс тогда парная съемка была уникальным предложением, никто так больше не делал. Со временем и Катя, и ее подруга очень выросли в профессиональном плане и пришло время расходиться на двух полноценных фотографов. В парной съемке главное – дополнять друг друга, а не конкурировать. И тут появился я. Правда, сначала я ездил больше ради интереса, помощи. Хотя фотать умел практически с малых лет. У меня даже была своя фотолаборатория – стандартное советское детство.

Катя: Сначала он просто держал отражатель! У нас даже не было второго фотоаппарата.

Макс: Потом мы все-таки собрались и купили новый аппарат. Более серьёзный. Я был на подхвате. А вот сейчас у нас поменялись приоритеты. Я стал снимать намного больше. Просто мне уже не интересно идти в дизайн. Поработав в Кемерове, я понял, что сильно потерял навык, здесь не нужны океаны креатива, всё слишком просто. А вот фотография, можно сказать, захлестнула. Мне нравится придумывать, разрабатывать идеи, воплощать их в жизнь. Особенно интересно работать с теми, у кого скоро свадьба.

Важно помнить, что ты не портфолио себе снимаешь, а работаешь для людей

– Но ведь свадьба всегда имеет стандартный сценарий…

Катя: Не всегда. Когда мы встречаемся с парой, мы стараемся придумать не только классические кадры, о которых пишут в учебниках, но и творческие.

Макс: Но важно помнить, что ты не портфолио себе снимаешь, а работаешь для людей. И всё равно мы стараемся донести до всех мысль, что общий кадр не обязательно должен быть на фоне рыжих стен ЗАГСа. Радует, что сейчас очень много проектов, нацеленных на создание свадьбы в европейском стиле, много выездных регистраций, много красивых помещений. В таком формате даже банальные фотографии выглядят интересно.

Катя: Мы вообще любим снимать сказочные сценарии, где нужно заморачиваться с декорациями, образом… Часто нас спрашивают про скидки и прочее, так вот это как раз тот вариант.

Макс: У нас была свадьба, где ребята хотели чего-нибудь необычного, но были ограничены в бюджете.

Катя: Мы согласились сделать хорошую скидку, но с условием, что свадьба и правда будет необычная, стилизованная и интересная нам. Путем мозгового штурма выбрали "Алису в стране чудес". Они согласились, даже нарядили гостей. Было очень здорово! Потом ещё была свадьба в стиле стимпанк. Это наши друзья. Самое интересное, что тема шестеренок не была притянута за уши, они реально разбираются в этом. Это очень здорово, когда тема свадьбы не выбрана по принципу того, что модно и так далее, а действительно близка молодоженам!

Макс: А как-то раз к нам пришли другие ребята и говорят, что хотят тематическую свадьбу, но что именно хотят, не знают. Мы долго пытались что-то придумать, найти какие-то хобби или интересы, из которых можно было бы придумать тему. А потом они смеются и выдают – "мы людей не любим!". Вот от этого мы оттолкнулись. Я вспомнил фильм, где девушка жила одна в лесу, потому что вокруг нее все умирало – какие-то чары были на ней. А потом появился парень. Любовь. И все – вокруг них жизнь. Чары разрушены. На основе этого мы придумали целый сценарий съемки.

Катя: Это была настоящая сказка. Какие-то особенные костюмы не понадобились. Зато с декорациями было много заморочек: мы сами монтировали часть дома в лесу из досок и картона.

Макс: Там был камин! А в нем кипящий котел. Правда, кипел он благодаря сухому льду, который никак не хотел "дымить" без кипятка, поэтому у нас был запас термосов с водой. Благо, лето было.

Катя: И комары тоже были. (Смеётся). Когда съемка закончилась, мы поняли, что назад мы все это не повезем. Забрали все пластиковое и металлическое, а дерево и картон оставили. Это была самая сложная съемка, мне кажется, с точки зрения подготовки. Больше мы не берёмся за декорации, отправляем к тем, кто действительно этим занимается.

Девять лет знакомы и восемь женаты

– А ваша свадьба тоже была творческой?

Макс: Идея у нас была, но фотографа мы выбрали случайно, мы тогда ещё не были "в теме", он не особо проникся нашим настроением. Собственно, весь образ пошел с того, что Катя была в платье и… кедах. С кедами тоже целая история, сестра ей их привезла из Парижа в итоге.

Катя: У меня просто всегда сложности с обувью: 35 размер и очень узкая нога. Плюс, когда ещё училась в художественной школе, нам объясняли, что такое эклектика на примере свадебного платья с кедами. Это как-то очень произвело на меня впечатление и отложилось.

Макс: Мы проехали по всем стандартным местам, пофотали родственников и гостей. Единственное нестандартное место, которое мы нашли для себя – крыша за филармонией. И вот мы уже восемь лет женаты.

Катя: Девять лет знакомы и восемь женаты.

Макс: На самом деле, мы решили пожениться уже через полгода после знакомства. Просто я жил в Новосибирске, у меня была работа, определенные перспективы. Но начальник видел, что я постоянно мотаюсь в Кемерово, и поставил мне условие: либо я остаюсь и мне повышают зарплату в два раза, либо дорабатываю, как есть, и уезжаю. Мне нужны были гарантии, что я не просто так брошу хорошую работу.

Катя: Я тогда как раз училась на пятом курсе, бросать универ было бы глупо, поэтому я переехать не могла. Да и родители схитрили, сказали, что не готовы отпустить куда-то далеко и вторую дочь. Максим уже после свадьбы сознался, что хотел жениться на мне ещё в день знакомства. Хотя тогда тщательно это скрывал.

Макс: Это была такая стратегия. Я пытался её заинтересовать от обратного, так сказать. Делал вид, что вроде как она мне не интересна.

Катя: Ну, я же гордая. Думала, ну и ладно, ну и пусть не обращает внимания. А он мне на следующий день звонит и говорит так скромно: "Пойдем, погуляем?" И так мы гуляли полгода, каждые выходные мотаясь из Кемерова в Новосибирск и наоборот. А потом я сказала…

Макс: Поставила мне ультиматум: либо переезжай, либо какой смысл постоянно мотаться туда-сюда. Тогда и я поставил ультиматум: перееду, если выйдешь за меня.

Катя: Он сделал мне предложение 8 марта, с кольцом – все, как положено. Я пришла домой, говорю, что замуж выхожу. Родители не сразу поверили, ведь мы были знакомы всего полгода! (Смеётся).

Я такой человек, которому нужен пендель, а у Кати они хорошо получаются

– А часто вы так общаетесь, ультиматумами?

Макс: Нет, что ты. И тогда были не столько ультиматумы, сколько планирование. Просто я такой человек, которому нужен пендель. Конечно, я могу принять решение, но могу начать сомневаться. Мне нужны весомые аргументы для серьезного поступка. А у Кати пендели очень хорошо получаются. В правильное место и в нужном направлении.

– Смотрю на вас, и мне кажется, что вы вообще не ругаетесь никогда. Настолько идеальная пара, что даже фразы друг за другом договариваете.

Макс: Это первое впечатление. Невозможно постоянно быть добрыми и хорошими, нужна разрядка. Поэтому мы, как и все, ссоримся, ругаемся… Тем более, у нас сферы деятельности совпадают, мы практически постоянно вместе, что тоже не всегда хорошо. Правда, Катя ушла больше в рисование, а я взялся за технические съемки. Иногда позволяем себе смену направления.

Катя: Но все-таки свадьбы и фотосессии – это основа работы нашего тандема. И нам очень нравится, когда людям, которых мы снимаем, не безразлично, как все пройдет. Были невесты, которым не хватало на декоратора, они делали всё сами, а мы с радостью помогали, потому что видели, насколько им это важно и интересно.

Макс: Как видишь, мы готовы браться практически за любые творческие проекты, даже если сами начинаем делать что-то не совсем "профильное". Вот такие мы творческие. (Смеётся). Кстати, в свете последних тенденций скажу, что в Питер нам совсем не хочется!

Я случайно напугала ребенка, сказав, что ела Смурфов, чтобы волосы стали синие

– Творческим людям не хочется в Питер? Ломаете стереотипы.

Макс: Я в культурной столице вообще не был. Как архитектору, туда интересно съездить, но не более. Москва мне вообще не понравилась, если честно. Не люблю большие города, полные суеты.

Катя: Макс вообще один из немногих, кому искренне нравится Кемерово.

Макс: Я даже когда в Новосибирск приезжаю, удивляюсь, что там все бегают, как муравьи, грязно очень, серость, а Кемерово – милый аккуратный город, люди такие же.

Катя: Я тоже не люблю большие города. Мне кажется, что там очень легко затеряться. Может, мне просто амбиций не хватает, но мне нравится в провинциальном городе. Мы тут почти всех знаем. Хотя съездить погостить в Питер мы не против!

Макс: Когда ты фотограф, ты встречаешься и работаешь с абсолютно разными людьми в различных областях деятельности. В Новосибирске у меня такого не было, правда, там я работал в журнале.

– А вот большинство считает наш город крайне консервативным местом, где, несмотря на связи, творить сложно.

Макс: Отчасти это так. Кемерово даже не столько консервативный, сколько сдержанный. Например, не везде готовы принять на работу человека с тоннелями в ушах или синими волосами. Это город, в котором нельзя косячить.

Катя: Это как раз в тему того, что много знакомых – это не всегда хорошо. Но наша работа позволяет подходить творчески ко всему, независимо от того, с кем мы сотрудничаем. В принципе, необычный цвет волос уже шокирует не так много людей, как раньше. Хотя как-то раз меня ребенок вогнал в ступор вопросом, зачем мне синие волосы? А, правда, зачем? Но ещё был случай, когда я случайно напугала другого ребенка, сказав, что они синие, потому что я ела Смурфов. Пришлось родителям выпутываться и говорить, что я пошутила и на самом деле ем не Смурфов, а смурфенику.

Самые волшебные фотографии получаются, когда люди о тебе забывают

– Всё-таки верну вас к теме фотографии. Что вам не нравится снимать?

Катя: Мы практически не делаем фэшн-съёмки и не работаем в студии. Просто мы мало это умеем, да и искусственный свет не нравится.

Макс: А ещё мы стараемся избегать постановочных кадров. Даже на свадьбах. Самые волшебные снимки получаются, когда сидишь с телевиком в углу, а люди про тебя уже забыли. Нравится снимать в новых местах, потому что если снимать всегда в одних и тех же локациях, мозг перестает думать, и ты снимаешь "по шаблону", потом смотришь и сам расстраиваешься.

– А есть у вас какой-нибудь действительно интересный проект? Какие вообще планы на год Обезьяны?

Макс: У нас миллиард проектов! Знаешь, Катя даже дала мне блокнот, чтобы я записывал идеи, но пока что там только темы съемок, без расшифровки. Половину я вообще не помню, что именно мы хотели фотографировать.

Катя: Нам часто просто не хватает времени, чтобы всё воплотить. Да и часть идей отметается практически сразу, если мы находим похожие проекты, которые уже реализованы. Интерес немного пропадает. Мы не хотим повторяться полностью, иначе, в чем будет уникальность? Во мне иногда маркетолог просыпается и задает такие вопросы. Хотя нет ничего плохого в том, чтобы придать новый облик уже существующей идее. Ведь в наше время уже очень трудно "придумать велосипед"!

– Спасибо вам за искренность и оптимизм. Удачи вам!

– И вашему журналу тоже удачи! Пусть авокадо станет любимым фруктом Обезьянки!